По плану родиться Данилка должен был 24 июля, поэтому 3 числа я с мужем лениво поехала в 7 роддом, чтобы оформить документы на совместные роды. В приемной ном сказали, что главврач будет только в пятницу. Ну, нам спешить некуда, и мы поехали домой.

4 июля я позавтракала, и вдруг заметила на полу капли воды, которые явно капнули из меня. Ну вот, это, наверное, из-за молочницы, подумала я, а муж истерически стал обзванивать родственников.
Т.к мой муж сам родился раньше срока, свекровь запаниковала и потребовала вызвать скорую. Пока ее вызывали, я в панике побежала мыть голову - ну не ехать же мне в роддом с грязными волосами.
Скорая приехала на удивление быстро. Поехали, сказал врач. Ага, сказала я, и хаотически стала собирать сумку, которую собиралась собрать по всем правилам только через неделю.

В приемной меня отобрали у моей испуганной семьи и передали в руки санитару. Лицо у меня было ну очень испуганное, и санитар ”ободрил” меня рассказом о том, кто я такая и что я тут делаю, разумеется, не в самой теплой форме. Меня проклизмили, надели жуткую порванную рубаху и отвели в предродовую. Там уже лежали две девочки, причем одна орала так, что мне сразу захотелось убежать домой.

Лежу, все вокруг орут, я читаю книжку о том, как я должна рожать. Мне поставили окситоцин, (с третьей попытки и только в запястье) и оставили раскрываться. Так как воды уже отошли, а раскрытия не было, врач предложил эпидуралку (врача нашли родственники прямо возле приемной, как потом оказалось - самого хорошего). Было 8 вечера, (приехали мы в 10 утра), почти не больно и очень хотелось спать. Раскрытие 3 пальца и приговор – Кесарево.

21.00
И вот я в чем мать родила, стою посреди операционной, вокруг много людей, меня кладут на стол, привязывают (на вопрос зачем – чтоб руками не махала, и зачем мне ими махать?)

Наркоз.
21.27+10 мин

Проснулась, когда меня зашивали, малыша успели унести, грустно и тоскливо.

Следующий день был очень неприятным. Во-первых, из меня торчал катетер, дренаж из шва, по иголке из спины и руки (и это я, боявшаяся банального манту), было очень больно, и не приносили сынишку. Цель реанимации – поставить меня на ноги, мне сказали пить и не посоветовали цедиться, и т. к маленького принесли только вечером и сытого, результатом такой заботы стало жуткое нагрубание груди в течение первого месяца.

6 июля меня перевели в палату, 7 отдали маленького, а 11 нас отпустили домой.
Теперь у меня есть почти незаметный шрам на пузике и ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ сынишка.
Юльчик juka@netbox.ru