Дудченко Андрей Владимирович

В наши дни, как это ни может показаться удивительным, Православие остается «неизвестной религией». Причем не только для «внешних», а и для людей, которые считают себя принадлежащими к Церкви. Православие воспринимается ими как система запретов. Один из таких стереотипов массового сознания утверждает, что Церковь отрицательно относится к интимным отношениям мужчины и женщины. Многие даже совершенно неосновательно полагают, что первый грех людей состоял в половом союзе Адама и Евы. Но на самом деле взгляд Церкви на половые отношения иной.

Безусловно, Церковь призывает людей хранить себя от случайных половых связей, от супружеской измены, от противоестественных совокуплений — но вовсе не потому, что видит грех в самой сексуальности человека. Способность к зачатию и рождению детей, а значит, и сексуальность была заложена в природу человека изначально, при его сотворении. И это не есть зло, не есть грех. Греховным будет называться неправильное использование этой способности, придание ей большего значения, чем необходимо. Церковь всегда выступает против опошления человеческой жизни — и в противовес она предлагает не отказаться от половых отношений, но освятить их в христианском браке.

Рай на земле, таинство любви — вот что такое брак в понимании Церкви.
Мужчина и женщина, встретив, полюбив и приняв друг друга до конца, становятся уже большим, чем просто два человека — становятся единством. «В мире, где все и всё идет вразброд, брак — место, где два человека, благодаря тому, что они друг друга полюбили, становятся едиными, место, где рознь кончается, где начинается осуществление единой жизни»,— говорит митрополит Сурожский Антоний. Брак как единство двоих в этом мире разрозненности — действительно таинство, превосходящее все обычные состояния человека.

Подлинно христианская семья представляет собой малую Церковь.
Такое название не случайно. «Во всяком браке почитается Христос в муже и Церковь в жене»,— пишет свт. Григорий Богослов. Священное Писание часто уподобляет отношение Бога к Церкви отношению мужа к жене: «Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее…» Самое глубокое торжество радости и любви представлено в книге Откровения как брак Агнца, что означает соединение верующих со Христом, когда Бог и человек объединены общей жизнью. «Святая святых» Библии — книга Песнь Песней — представляет собой восторженный гимн любви. Эта священная брачная песнь — подлинный шедевр ветхозаветной поэзии — не может оставить читателя равнодушным. «Положи меня, как печать, на сердце твое, как перстень, на руку твою: ибо крепка, как смерть, любовь; люта, как преисподняя, ревность; стрелы ее — стрелы огненные; она пламень весьма сильный. Большие воды не могут потушить любви, и реки не зальют ее. Если бы кто давал все богатство дома своего за любовь, то он был бы отвергнут с презрением». Вряд ли возможно глубже и вернее выразить человеческую любовь.

Первая семья появилась в раю. Господь, наведя на Адама «крепкий сон» («исступление», «экстаз» в греч. пер.), сотворил из его «ребра», то есть из части его природы, «восполняющего» — жену, помощницу. В отличие от Адама, творение Евы происходило в самом райском Саду, и она — райское создание — дана мужу для пробуждения любви. Библейский текст говорит о том, что жена единосущна мужу, что оба они — две части одного существа, дополняющие друг друга. Увидев Еву, Адам воскликнул: «Вот плоть от плоти моей и кость от костей моих!» — и далее: «Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут одна плоть». У первых людей возникает ощущение необходимости друг друга и взаимного родства. Адам уже не может жить один, он чувствует, что для полноты жизни ему чего-то не хватает. А, достигнув единства с женой, он погружается в самую жизнь.

Грехопадение первой супружеской четы внесло повреждение в природу человека, но ни в коей мере не упразднило брак. По сей день настоящие семьи — островки рая на земле. Для любящих друг друга супругов все прочие блага второстепенны. Им хорошо вместе, они чувствуют, что их любовь простирается в вечность. Их любовь настолько глубока, что будет неверно назвать ее чувством, она — состояние всего существа. Эта любовь — не юношеская восторженная влюбленность, не замечающая недостатков избранника; по слову митрополита Антония Сурожского, подлинной любви не чуждо и страдание: «Любовь — это именно и есть крайнее, предельное страдание, боль о том, что человек несовершенен, и одновременно ликование о том, что он так изумительно, неповторимо прекрасен». Любящие супруги постигают глубины друг друга, они «соединяются на такой глубине взаимного переживания, где слов больше не нужно: они вместе, и если любовь достаточно глубока, они стали одним целым». Такое единство доступно каждому из нас. Мы все, наверное, знаем его на собственном опыте. Вот как описывает его митр. Антоний: «Кто из нас не сидел с дорогим ему человеком в вечерний час, когда спускались сумерки, когда все затихало вокруг. Вначале идет разговор, потом он замирает, но остается какая-то тишина; мы прислушивались к звукам: к потрескиванию дров в камине, к тиканью часов, к внешним отдаленным шумам; потом и эти звуки исчезают, и наступает глубочайшая тишина, безмолвие души. И вот в этом безмолвии души вдруг чувствуешь, что стал так близок своему другу, тому человеку, который рядом находится».

Достижение богоподобного единства — главная цель брака. «Любовь такова,— пишет свт. Иоанн Златоуст,— что любящие составляют уже не два, а одного человека, чего не может сделать ничего, кроме любви… Когда муж и жена соединяются в брак, они не являются образом чего-то неодушевленного, но образом Самого Бога». «Бог, чтобы показать таинства единства Божия,— пишет свт. Феофил,— вместе сотворил жену и Адама для того, чтобы между ними была большая любовь». Тайна брака подобна тайне Троицы — Бога, Единого по существу, но троичного в Лицах. Только в общении с Богом человек может жить полноценной жизнью, и поэтому в настоящем браке всегда три лица: мужа, жены и Бога, соединяющего их. Такой брак — начало Царства Божия. В одной древней рукописи, не вошедшей в современный текст Евангелия, есть место, где Христа спрашивают» Когда придет Царство Божие?» И Он отвечает: «Царство Божие уже пришло там, где двое — уже не двое, а одно…»

Брак — это образ вечной жизни, он имеет вечное измерение и не прекращается со смертью одного из супругов. «Любовь никогда не перестает»,— говорит ап. Павел со страниц Писания. Прекрасно выразил это Габриэль Марсель: «Сказать человеку: "Я тебя люблю"— то же самое, что сказать ему: "Ты будешь жить вечно, ты никогда не умрешь"». Радость супружеского общения, радость любви дается человеку навсегда, и супруги должны бережно хранить и приумножать этот дар. «Брачная любовь есть сильнейшая…— говорит свт. Иоанн Златоуст.— Сильны и другие влечения, но это влечение имеет такую силу, которая никогда не ослабевает. И в будущем веке верные супруги безбоязненно встретятся, и будут пребывать вечно со Христом и друг с другом в великой радости».

Церковь прекрасно понимает и то, что брак — это не только радости. Брак – крестный путь, и поэтому при венчании на жениха и невесту возлагаются мученические венцы. Без полной самоотдачи, без отречения от личного эгоизма невозможно создать настоящую семью. Любовь, соединяющая мужа с женой, не должна останавливаться ни перед какими испытаниями и даже смертью, когда это необходимо для блага жены. «Я считаю тебя драгоценнее души своей»,— говорит муж жене у свт. Иоанна Златоуста. Нельзя быть собственником того, кого любишь, ведь всякое насилие над волей любимого человека убивает любовь. «Муж является главой семьи не потому, что он мужчина,— говорит митр. Антоний,— а потому, что он является образом Христа, и жена его и дети могут видеть в нем этот образ, то есть образ любви безграничной, любви преданной, любви самоотверженной, любви, которая готова на все, чтобы спасти, защитить, напитать, утешить, обрадовать, воспитать свою семью». Ни Священное Писание, ни Церковь не учат о тираническом владычестве мужа и рабской подчиненности жены, но о взаимной жертвенной любви. Безусловно, муж должен взять на себя ответственность быть главой семьи, а жена смиренно занять второе место (в таком второстепенном положении нет ничего унизительного, наоборот, будучи хозяйкой домашнего очага, наполняя дом любовью и теплом, жена получит в ответ такое уважение и признание со стороны мужа, какого она никогда не смогла бы добиться на ином поприще). Но никогда отношения супругов не должны строиться по схеме господин-слуга. «И не просто зови ее,— обращается к мужу свт. Иоанн Златоуст,— но с лаской, с честью, с большой любовью. Уважай ее, и она не будет нуждаться в уважении от других, не будет нуждаться в одобрении других, если будет пользоваться твоим (уважением и одобрением). Предпочитай ее всем, во всех отношениях, и в отношении красоты, и благоразумия хвали ее… Что за супружество, если жена трепещет мужа? Каким удовольствием может насладиться муж, который сожительствует с женою, как с рабою, а не как со свободной? Если бы случилось и потерпеть что за нее, не ропщи: Христос этого не делал».

Описанная нами глубина супружеских отношений завершается телесным соединением. Необходимо всегда помнить, что телесное единство — не начало, а полнота и предел взаимных отношений любящих друг друга людей. Тогда оно становится не жадным обладанием друг друга, а таинством, то есть таким действием, которое имеет свой источник и завершение в Боге. В основе брака должно быть целомудрие. Современный человек из-за неправильного понимания часто пугается этого слова, а напрасно. По объяснению митр. Антония, целомудрие «заключается в том, чтобы, посмотрев на другого человека, увидеть в нем ту красоту, которую Бог в него вложил, увидеть образ Божий, увидеть такую красоту, которую нельзя замарать, увидеть человека в этой красоте и служить тому, чтобы эта красота все росла и ничем не была запятнана; целомудрие заключается в том, чтобы с мудростью хранить цельность своей души и души другого человека». Если в браке есть целомудрие, то телесное совокупление супругов становится благоговейным соединением, исключающим всякую грубость.

Наш мир испытывает глубокий кризис недостатка любви. Не хватает доброты, тепла человеческих отношений. В таком мире настоящие семьи — островки света и радости. Любовь, соединяющая мужа и жену, вдохновляет их не только дома, но на всяком месте и во всякое время. Человек, имеющий счастье в семье, излучает свое доброе отношение на всех окружающих. И это закономерно: ведь брак есть прикосновение к раю, начало Царства Божия. Красоту своих отношений муж и жена должны хранить как великую святыню, дарованную от Бога, и не просто хранить, а доводить до полного совершенства.

http://www.kiev-orthodox.org