К новой семье© проект

Когда в семье один ребенок биологический, а другой приемный, родителям порой приходится нелегко. Они беспокоятся о том, что приемный ребенок будет меньше ощущать себя частью семьи, если будет еще кто-то, связанный с остальными родственниками узами крови. Они тревожатся также, что их родной сын или дочь будут чувствовать себя брошенными из-за всей этой шумихи, окружающей усыновление. Но больше всего они волнуются, что один из детей может подумать, будто родители лучше относятся к другому. Так, биологический ребенок будет считать, что его приемного брата или сестру родители любят больше, потому что они прошли долгий и трудный путь, чтобы взять его в семью, а усыновленный ребенок может вообразить, что родители сильнее любят родного малыша, потому что у них есть биологическая связь.
Все глубже и глубже погружаясь в подобные размышления, люди начинают беспокоиться о том, что они действительно будут по-разному относиться к детям. Вскоре после того, как я усыновила своего первого ребенка, я неожиданно встретилась с женщиной, которая, когда я рассказала ей свою новость, отреагировала так: «Я думаю, то, что ты делаешь, прекрасно. Но я бы не смогла любить чужого ребенка так же, как своего». Я ответила, что я люблю мою дочь так же сильно, как любила, если бы сама родила ее. На что женщина возразила: «Но ты ведь не можешь этого знать, не так ли?»

Исследования общественного мнения показали, что хотя большинство людей говорят о своем положительном отношении к усыновлению и думают, что приемные дети и родители любят друг друга так же сильно, как и люди, связанные узами биологического родства, только половина опрошенных считает, что усыновленный ребенок – это так же хорошо, как и биологический. Они не могут объяснить, почему они так думают, но они интуитивно чувствуют, что биологического ребенка иметь все-таки лучше. Поэтому неудивительно, что приемные дети и родители часто испытывают сомнения: сравнимы ли отношения между ними и отношения между биологическими родственниками, и иногда их посещает мысль о том, что, может быть, усыновление – причина всех конфликтов.

С другой стороны, приемные дети часто носят «мантию любимого ребенка». Ведь их страстно желали и с нетерпением ждали их появления в семье. Это дети, ради которых родители прошли через эмоциональные подъемы и спады, бюрократическую волокиту, длительную поездку в другую страну, потратили огромное количество денег, ответили на сотни надоевших вопросов. Эти дети - воплощение мечты своих родителей, осуществление которой казалось невозможным. Неудивительно, что приемные родители часто говорят об усыновлении как о чем-то чудесном или волшебном.
Более того, поскольку усыновление – не совсем обычный способ создания семьи, который многие люди не понимают и не принимают, приемные родители сделали все, что было в их силах, чтобы узнать больше об этом явлении, познакомиться с другими приемными семьями и защитить перед обществом идею усыновления.
Наконец, даже если у них уже есть родные дети, они все равно – приемная семья. Иногда этот ярлык закрепляется за ними в обществе, а за детьми – в школьной жизни. Неудивительно, что родители часто слышат обвинения биологических детей в том, что они больше внимания уделяют приемным детям и любят их сильнее, поскольку их появления они хотели больше (особенно, если рождение родного ребенка было незапланированным).

Родители, у которых есть и биологические и приемные дети, говорят, что способ, каким пришел в семью ребенок, абсолютно не влияет на силу или качество любви, которую испытывают по отношению к нему родители. Одна женщина, усыновившая троих детей, а потом неожиданно забеременевшая в возрасте сорока лет, сказала, что до того как она дала жизнь своему ребенку, она думала, что любит своих приемных детей, как родная мать. Но, только родив собственного ребенка, она могла с уверенностью сказать, что это было действительно так. «Если бы мне не выпало счастье самой выносить и родить малыша, меня бы всегда терзал вопрос, существует ли какая-то более глубокая родительская любовь, которую мне не довелось испытать», - говорит она. Теперь она знает, что такой любви нет. Однако некоторые родители осознают, что, несмотря на то, что они любят своих детей одинаково сильно, в некоторых ситуациях они относятся к ним по-разному. Возможно, это связано с усыновлением, а может быть, и нет. Одна женщина, чья приемная дочь в биологической семье подвергалась насилию, сказала, что ей очень трудно было сблизиться с девочкой, потому что ее эмоциональные проблемы мешали их отношениям. Она любит свою дочь, но время, проведенное с ней, зачастую бывает очень напряженным. Ей кажется, что ей гораздо легче расслабиться, общаясь с биологическими детьми. Женщина понимает, что человеку свойственно стремиться к более комфортным условиям, но она знает также, что ей нужно проводить какое-то время и со своей приемной дочерью тоже.
Другая мать рассказала, что семья открыть обвинила ее в том, что у нее есть любимчик – ее второй ребенок, первый из двух усыновленных детей в семье. Она сознает, что между ней и этим ребенком существуют особые взаимоотношения, но это отнюдь не потому, что он был первым, кого они усыновили. Просто так случилось, что у женщины было достаточное количество времени и энергии, чтобы подготовиться к приходу этого ребенка в семью. «Я была готова к ее появлению в нашей семье», - говорит она. Кроме того, так получилось, что эта женщина оставалась с девочкой дома дольше, чем с двумя другими детьми. Она считает, что выпады ее домашних только кажутся справедливыми. Она любит свою дочь не больше, чем остальных детей, хотя и понимает, что между ними существуют особенные отношения.

Иногда действительно кажется, что один из родителей лучше ладит с одним ребенком, чем с остальными; это происходит скорее из-за сходства темпераментов, чем из-за генетического родства. Например, отец, в школе бывший звездой баскетбольной команды, может проводить больше времени со своей биологической дочерью, также имеющей задатки баскетболистки, а не с приемным сыном, предпочитающим более спокойное времяпрепровождение. Однако надо также помнить, что сходства характеров могут быть и источником конфликтов в семье, например, если властный характер отца сталкивается с таким же характером ребенка.
Конечно, родители, у которых есть только биологические дети, имеют полное право относиться к ним по-разному. Одна женщина, у которой было трое детей: один приемный, один фостеровский и один биологический, сказала, что она испытала невероятное облегчение, когда узнала, что ее подруга, у которой были только биологические дети, относиться к ним неодинаково.

Тем не менее, хотя существует множество причин, по которым отношения между детьми и родителями могут строиться различным образом, как правило, гораздо легче списать это на усыновление, а не искать более тонкие мотивы.

Жизнь в семье усыновленного и биологического ребенка может различаться довольно сильно. Для приемного ребенка устраивается специальный праздник – «день усыновления». При открытом усыновлении у него могут быть биологические родственники, с которыми он общается и которые порой дарят ему подарки. Если приемный ребенок принадлежит к другой этнической группе, семья может привнести в свою жизнь частичку культуры другой страны. Биологический ребенок имеет основанное на генетике сходство с родителями, включая внешность, ум и темперамент. Это сходство не оставляет сомнений в том, что все они - члены одной семьи, тогда как принадлежность к семье приемного ребенка создается искусственно. Иногда эти различия усугубляются еще и тем, что ребенок – единственный в семье, кто оказывается в такой ситуации – единственный приемный ребенок, единственный биологический ребенок, единственный кореец, единственный белый ребенок. Какие бы это ни были различия, дети концентрируют на них свое внимание и стараются понять, что они значат.

Один из навыков, который дети приобретают в возрасте начальной школы, заключается в умении видеть различия и определять, какие из них значимы, а какие нет. Поэтому-то дети в это время так беспощадно и жестоко дразнят друг друга: они заостряют внимание на различиях и стараются спровоцировать ответную реакцию. И если насмешка на детской площадке не вызывает ответа, то ребенок понимает, что эта отличительная черта для его сверстника не значима. Но если дразнилка довела приятеля до слез, это значит, что это различие очень важно для него. Кроме того, дети в этом возрасте также пытаются определить свое место в семье. Чтобы определить свою ценность для родителей, они ловят сигналы, которые говорили бы о том, что брат или сестра находится в более привилегированном положении, получает больше внимания или больше любви. И если они обнаруживают такие знаки, они, естественно, стараются найти в своем брате или сестре нечто такое, что объясняло бы особенное положение. Так же, как на детской площадке, они могут высказывать свои предположения родителям: «Сэма вы никогда не заставляете делать это! Он вы все ему разрешаете! Я тоже хочу быть приемным!» И так же, как и на детской площадке, дети стараются понять, правы ли они в своей интерпретации фактов или нет. Однако из-за того, что родители могут быть не до конца уверены в собственной объективности, они зачастую слишком остро реагируют на подобного рода обвинения, невольно подтверждая подозрения детей.

Иногда родители так стараются быть честными и избежать обвинений в пристрастности, что добиваются противоположного результата. В частности, они столько сил тратят на то, чтобы одинаково заботиться о детях, что забывают, что у каждого ребенка есть свои потребности. Например, родители беспокоятся о том, что они причинят боль приемному ребенку, если начнут вспоминать о том, как прекрасно было то время, когда они ждали появления на свет своего родного малыша. Если эта тема становится закрытой для обсуждения, чтобы не травмировать усыновленного ребенка, то родители тем самым лишают своего биологического ребенка возможности услышать о том, каким желанным он был. Дети всегда чувствуют, если родители ведут себя неестественно, и зачастую интерпретируют такое поведение превратно. А зачастую и родители неправильно прогнозируют ответную реакцию ребенка. Например, для приемного ребенка может быть очень полезно услышать, что взрослые, как правило, сильно волнуются и радуются, узнав о том, что у них будет ребенок, потому что сами приемные дети склонны рассматривать это событие как проблему. В одной семье рождение ребенка сыграло положительную роль в отношениях между приемной дочерью и ее матерью. Девочка, подвергавшаяся насилию со стороны родной матери, научилась доверять своей усыновительнице, потому что она видела, как та заботиться о малыше, боясь причинить ему малейшее неудобство. Девочка прониклась материнскими чувствами, которых ей не хватало в детстве, глядя на свою приемную мать, нежно ухаживающую за младенцем.

Родителям, которые винят себя в том, что они неодинаково относятся к своим детям, я могут посоветовать провести «контроль действительности», самостоятельно проанализировав свое поведение или попросив сделать это супруга или человека, заслуживающего доверия. Одна женщина при помощи этого приема обнаружила, что она меньше времени уделяла интересам своего приемного сына, чем интересам родной дочери просто потому, что интересы дочери она разделяла, а интересы сына ей были чужды. Есть ли в данном случае какая-то генетическая предрасположенность? Трудно сказать, но ее сын именно так воспринимал поведение матери, и она обещала ему постараться разделить его увлечения.

Взрослые должны помнить, что наша работа в качестве родителей заключается не в том, чтобы уделить равное количество энергии, времени и внимания нашим детям, а в том, чтобы удовлетворять их потребности. У одного ребенка могут быть одни потребности, у другого – другие, или один ребенок нуждается в неотложной поддержке родителей, а нужды второго могут подождать. Это не значит, что потребности второго ребенка можно игнорировать - это приведет только к тому, что его нужды тоже станут безотлагательными. Как родители мы должны держать в мыслях всю картину в целом. Дети живут сегодняшним днем. И родители должны быть полностью уверены, что все нужды детей ими удовлетворяются.

Перевод Натальи Ран (The family with biological and adopted children) Лоис Р. Мелина (Lois R. Melina) – “Raising adopted children”, Ch. 12. USA. 1998

К НОВОЙ СЕМЬЕ© проект