Украинцы переживают аварию на ЧАЭС, случившуюся 30 лет назад, как психологическую травму. Причем речь – о каждом из нас, а не только о ликвидаторах и переселенцах.

Радиация приводит к шизофрении?

Так утверждают завотделом радиационной психоневрологии Института клинической радиологии НЦ радиационной медицины АМН Украины, профессор Константин Логановский и психотерапевт, кандидат мед.наук Наталья Ересько. Правда, они имеют в виду не полновесное заболевание, при котором надо бегом бежать к врачу, а отдельные проявления, которые, тем не менее, влияют на наше психологическое состояние. Даже когда мы не связываем проблемы с подзабытой катастрофой. Поверить в это непросто.

Впрочем, это предвидели почти сразу. Когда украинцы в 90-е годы зачитывались книгами по радиологии и с ужасом фантазировали о грядущих болезнях и мутациях, международные исследователи утверждали, что основное негативное долговременное последствие Чернобыля – психологическое. Например, такие выводы сделала комиссия Международного агентства по атомной энергии.

Начнем со здоровья тех, кто пострадал максимально и у кого соответственно проблемы с психикой должны быть наиболее выраженными: 600 тыс ликвидаторов. Психические расстройства у них обнаруживают вдвое чаще, чем у остального населения, а самоубийц среди них – в 20 раз больше. Немало тех, кто нуждается именно в психиатрическом лечении. В Киевской городской психиатрической больнице №3 уже 21 год действует Центр реабилитации чернобыльцев, который не может охватить всех, кому нужна такая помощь. C 1990-го Украинский институт социальной и судебной психиатрии проводил обследование ликвидаторов. Результаты настолько шокировали врачей, что появилась гипотеза: малые дозы радиации действуют на мозг ослабоумливающе и дают толчок психическим болезням, таким как шизофрения. Скажем, психиатр, профессор Людмила Крыжановская отстаивала эту точку зрения в своих работах.

Бесплотный ужас страшнее бомбардировки

Представляете, каково было ликвидаторам, ощущавшим, что с психикой что-то неладно и узнавшим от врачей, что в будущем их мозг может выкинуть любой фортель? Но сейчас, спустя годы, медики уже сошлись во мнении: ликвидаторы не сходили с ума от радиации. Органическое поражение мозга найдено лишь у 600 людей, которые максимально пострадали и получили дозу радиации свыше 30 бэр (у остальных ликвидаторов она в 3-4 раза меньше). А что же происходило с психикой людей? ПТСР, о которой мало кто знал в те годы. Не даром основное психическое заболевание, которое диагностируют у ликвидаторов, - депрессия, что часто является следствием пережитой психотравмы. Ну, и «по мелочам»: ипохондрия, невроз ожидания, навязчивые страхи, панические атаки, нарушения внимания и памяти, снижение полового влечения. Четверо из пяти обследованных демонстрировали перемены характера. 90% - пониженный уровень самоуважения.

С ликвидаторами понятно: их работа была опасна для жизни, а ситуация слишком неопределенна. Медики утверждают, что шок для психики ликвидаторов был сильнее, чем для жертв бомбардировки в Хиросиме и Нагасаки. Там страх был привязан к слышимым и видимым взрывам атомных бомб. А в Чернобыле – лишь с радиацией, «бесплотным ужасом», чем-то неведомым, что страшнее для человеческого мышления, чем конкретный враг.

Снимали последнюю рубашку

Несколько иной вариант психотравмы у 49 тыс переселенцев. Люди, которым предстояло покинуть родной город Припять за 4 часа, были в шоке уже от одной этой внезапности. Когда потеря сопровождается с обманом и насилием, она с большей вероятностью приведет к ПТСР. А все это было – людям сказали, что они вернутся через пару недель. У них не было даже возможности «попрощаться» с нажитым, с родными домами. В стрессовой ситуации для человека уцелевшие вещи из прошлой «мирной» жизни становятся последней опорой. Поэтому отдельным ударом был момент, когда у переселенцев забирали «фонившую» одежду, меняли на казенные футболки. Многих людей запихивали в разные автобусы: жены не знали, где мужья, дети – где их родители.

У каждого двадцатого переселенца диагностировали симптомы ПТСР. Обследования в 90-е годы показали, что у жителей районов, пострадавших во время аварии, более высокие показатели артериального давления, повышенное содержание гормонов стресса в моче (адреналина, норадреналина и кортизола). С годами тревожность ослабла не у всех. Сама необходимость регулярных и обязательных обследований усиливала неосознанный настрой на поиск болезней.

Хотя ученые в свое время разработали программу охраны психического здоровья пострадавших вследствие аварии на ЧАЭС и пытались ее внедрить, сейчас душевному состоянию чернобыльцев уделяют мало внимания. Но те, кому не удалось самостоятельно справиться с психотравмой, и сейчас жалуются на тревожность, ранимость, перепады настроения, вспышки гнева. Собственно, психологические последствия для переселенцев лишь немного острее тех, которые актуальны для остальных украинцев.

Алина Мирошникова